Недружественные буквы
Прощай, «Брат» и «Брат-2»?
Фильмы, которые дискредитируют традиционные российские духовно-нравственные ценности, теперь не смогут получить прокатное удостоверение. Запрет касается демонстрации деструктивной идеологии, пропаганды нетрадиционных отношений и других элементов, противоречащих государственной политике в области духовно-нравственных ценностей.
Законодательные изменения, вступившие в силу или получившие активное развитие с марта, базируются на реализации указа президента № 809 «Об утверждении Основ государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей».
Если раньше кино рассматривалось преимущественно как индустрия развлечений или свободного искусства, то теперь на законодательном уровне закрепляется роль кинематографа как инструмента государственного влияния. Есть одна немаловажная деталь: правильные во всех отношениях фильмы, как правило, не собирают кассу.
Кроме того, Министерство культуры теперь имеет право отозвать прокатное удостоверение уже вышедшего фильма, если в нем будут обнаружены признаки нарушения законодательства о защите традиционных ценностей.
Понятно, что по интернету раздался стон, мол, что теперь смотреть-то? Как будто нет торрентов. Было со стороны отдельных злопыхателей и злорадство проявлено. «Сами что будете смотреть, господа хорошие?» — спрашивали с издевкой некоторые граждане. Тут же как иллюстрации приводились культовые советские фильмы вроде «Иронии судьбы», в которой, как мы все прекрасно знаем, не показаны ни крепкая многодетная семья, ни проявления коллективизма, нет и намека на патриотизм. Наоборот, чуть одетые мужики крепко выпивают в бане, потом один из них, не протрезвев окончательно, отбивает чужую невесту и так далее. К тому же в фильме снималась Лия Ахеджакова, известная своими неправильными высказываниями.

Любимая патриотами дилогия о братьях Багровых тоже не вписывается в духовно-нравственные критерии. Да, есть там немало патриотизма, но в остальном… И чтобы закончить дискуссию о месте «Брата» и «Брата-2» в нашей действительности, давайте вспомним саундтрек обоих фильмов — там же «иноагент» на «иноагенте». Чтобы фильмы соответствовали запросу Минкульта, нужно всю музыку оттуда убрать. Правда, это будут не совсем те фильмы, но на что не пойдешь ради ценностей.
На самом деле, как нам представляется, подгонка фильмов под духовно-нравственные критерии касается современного российского кинематографа. Но режиссеры наших дней давно уже знают, где начертаны «двойные сплошные» и не то чтобы пересекать их опасаются, а даже близко не подходят. Снимают себе сказочки да перелицовывают старые советские фильмы.
Предполагается, что определять духовно-нравственную ценность фильма будет Роскомнадзор (РКН), реагируя на обращения граждан. Тут-то и кроется засада. Активно неравнодушных граждан у нас немало, представляете, каким числом доносов сообщений они забросают РКН? Причем, с разных сторон.
Например, военкорам активно не нравится комедия о специальной военной операции «Обратная сторона медали». Они вообще считают, что СВО — не тема для комедий. Надо полагать, что сейчас они уже готовятся изложить свои резоны Роскомнадзору.
На самом же деле нам кажется, что новая мера поддержания духовности избыточна. В сегодняшней России не снимаются фильмы, не подпадающие под критерии ценностей. Да и вряд ли чиновники РКН будут реагировать на обращения неравнодушных граждан. Роскомнадзор и Министерство культуры будут ориентироваться на мнение начальства, как это, собственно, было и до 1 марта.
В одном из неснятых фильмов Федерико Феллини…
С 1 марта начала действовать новая редакция закона «О наркотических средствах…» и поправки в УК и КоАП РФ. Согласно этим поправкам, за пропаганду наркотиков в интернете, СМИ и литературе теперь грозит уголовная ответственность, раньше было административное наказание. Но не стоит опасаться, что запретят, например, рассказ Михаила Булгакова «Морфий», написанный в 1926 году. Произведения литературы и искусства (включая музыку и кино), созданные до 1 августа 1990 года, можно распространять без ограничений. Современные произведения, где упоминаются запрещенные вещества (но нет пропаганды), обязаны иметь специальную маркировку.
Особенно сильно взволновались музыканты. Самые известные альбомы российской группы «Агата Кристи» — «Декаданс» (1990), «Опиум» (1995) и «Ураган» (1997) — убрали с российских стриминговых сервисов (онлайн-платформ, которые позволяют прослушивать музыку в режиме реального времени, не скачивая музыку на устройство).
Как сообщил один из основателей группы Вадим Самойлов калужскому «Радио 40», в нескольких песнях «Агаты Кристи» ранее обнаружили пропаганду наркотиков.
«Скоро в песни будут внесены небольшие изменения, мы просто будем вычеркивать какие-то слова. Ну, это общепринятая практика. И эти альбомы снова появятся», — сказал он.
Конечно, насчет общепринятой практики Вадим Самойлов несколько погорячился. Далеко не во всех странах распространена самоцензура. Кстати, слова Самойлова дали повод для интернет-остроумия. Писатель и поэт Иван Давыдов предложил такое начало для известной песни «Агата Кристи»: «Давай вечером с тобой встретимся, телевиденье смотреть». Бессмыслица, зато всё в рамках установленных правил. Попутно следствием первомартовских инициатив стало резкое увеличение продаж MP3-плейеров.
Как и многие российские законодательные новации, запрет на пропаганду наркотиков в произведениях искусства достаточно размыт. На это обращает внимание президент Ассоциации интернет-издателей Иван Засурский: «Размытость формулировок порождает чтение закона «между строк». Непонятно — что считать критическим упоминанием наркотиков, а что — допустимым и оправданным жанром. При отсутствии прозрачных критериев и возникает реакция самоцензуривать контент, перестраховываться и снимать всё, что может показаться двусмысленным».
Тем временем в книжных магазинах книги, в которых есть упоминания наркотиков, пусть и без их пропаганды, стали заворачивать в специальные упаковки. С точки зрения маркетинга шаг сомнительный — запретный плод всегда манит к себе.
За перевод с английского надо будет заплатить
С 1 марта в силу вступил закон № 168-ФЗ: вся публичная информация для потребителей — вывески, меню, указатели, сайты, баннеры — должна быть на русском языке. Иностранный текст можно оставить, только если рядом стоит русский перевод одинакового размера и шрифта. Под действие закона попадают от 100 до 300 тысяч компаний по всей стране.
На самом деле почти ничего страшного не произошло. Борьба с латиницей вывесок и рекламы ведется уже давно, и определенных результатов власти уже добились. К тому же закон достаточно мягок, он не касается уже зарегистрированных товарных знаков. Так что Ozon и Wildberries никто менять не будет. Хотя в разгар прошлой кампании и к маркетплейсам были претензии. Тогда глава Wildberries Татьяна Ким говорила, что в компании думают об адаптации названия, но «Лесные ягодки» так и не появились. Примерно в тот же период времени Денис Мантуров, тогда министр промышленности и торговли, предлагал написание моделей АвтоВАЗа кириллицей, а не недружественными латинскими буквами. Нo «Гранта», «Веста», «Приора» так и не появились. По-прежнему существуют Granta, Vesta и Priora.
В ту же пору наши депутаты Саратовской областной думы боролись буквально не щадя живота своего с названием конно-спортивного клуба «Кембридж». И победили. Теперь вместо «Кембриджа» — «Гермес». Депутаты, к счастью, остановились на достигнутом. А то можно было докопаться и до того, что Гермес — древнегреческий бог с весьма неоднозначной репутацией. А еще название «Гермес» носил британский авианосец и израильский беспилотник. Интересно, что народные избранники прошли мимо других английских топонимов — «Челси», «Бристоль». Сейчас местные думцы успокоились, только время от времени выступают против концертов Агутина-Варум, этим их вклад в укреплении духовности и исчерпывается.
С другой стороны, многие англицизмы саратовских вывесок выглядят забавно и не к месту. Вывеска Salon на покосившейся избушке, название магазина «Носки & чулки» — ну почему не написать просто «Носки и чулки»? Или такой пример — стенд «Best Service». Видимо, для англоязычных жителей города.
Нововведения определенно коснутся молодой и продвинутой части общества. Им будет трудно привыкнуть к названию «Мужская парикмахерская» вместо Barber Shop или к возможным вариантам перевода Vape Shop.